Дмитрий титов: средний региональный бизнес источник экономического роста

Дмитрий титов: средний региональный бизнес источник экономического роста

Интервью с президентом Общероссийского банка развития регионов  Дмитрием Титовым. // Ирина Снегина. Вестник ассоциации менеджеров. 2005, февраль

— В заглавии вашего банка фигурирует словосочетание «развитие регионов». Оно показалось, что именуется, «для солидности», либо предполагает в полной мере настоящую политику?

— Мы исходим из данности, что российские фирмы федерального уровня имеют регулярный доступ к кредитным ресурсам. Их с радостью кредитуют и наибольшие российские банки, и западные. А вот предприятия регионального уровня, каковые, фактически, и формируют местную налоговую базу, имеют меньший доступ к ресурсам.

На них мы и решили ориентироваться.

– Из-за чего любимым регионом ВБРР стал как раз Дальний Восток?

– Дальний Восток показался и по объективным, и по субъективным обстоятельствам. На Дальнем Востоке самая низкая обеспеченность банковскими одолжениями. И в случае если действительно воплощать концепцию «банк для региона», то самое верное – затевать как раз с Дальнего Востока, где обстановка хуже всего.

Позднее, в 2001 г. обладателем контрольного пакета отечественного банка стала национальная НК «Роснефть», у которой как раз в этом регионе сконцентрировались громадные интересы – перерабатывающий завод в Хабаровском крае, нефтебаза и большая перевалка в Находке, Сахалинские проекты. И отечественные наработки на Дальнем Востоке весьма понадобились чтобы отслеживать и направлять денежные потоки «Роснефти» в Приморском крае.

Наряду с этим ВБРР не превратился в так называемый «карманный банк». «Роснефть» в отечественном бизнесе занимает всего 25%, в кредитном портфеле – менее 1%. Красивые отношения сложились у нас кроме этого с «Магниткой». Их ресурсы являются для нас серьёзной составляющей пассивной части баланса, мы используем их для развития взаимоотношений с другими секторами рынка, далекими от нефтегазовой отрасли.

Это торговля, сельское хозяйство, угольная индустрия, электроэнергетика. Другими словами мы реализуем принцип перераспределения средств от богатых к нуждающимся.

– Какие конкретно регионы собираетесь осваивать в скором времени?

– В первую очередь – Сталинград. В том месте у нас сформировалась несколько клиентов – предприятия химической индустрии, машиностроения, сельского хозяйства. В этом регионе, как и в других, мы трудимся со средней корпоративной клиентурой.

– Вы уже упомянули проблему доступа средних русских фирм к кредитным ресурсам. Но существует и зеркальная неприятность – неспособность русских банков удовлетворять кредитный голод фирм. В качестве ответа данной неприятности предлагается консолидация и укрупнение банков.

– Неспециализированное вывод банковского сообщества: государство реально мало делает для концентрации и стимулирования капитализации финансовой системы. Из этого вытекает ее неспособность адекватно обслуживать интересы отечественной экономики, прежде всего – потребности в заемных средствах. Статистика подтверждает: 40% кредитных ресурсов стране дают зарубежные банки.

Это неудивительно, потому, что лимит на одного заемщика в самом отечественном большом банке – Сберегательном — образовывает 1,2 млрд. долларов. Исходя из этого российские банки и не в состоянии обеспечить кредитными ресурсами ни «Газпром», ни наибольшие нефтяные и металлургические компании. Ни одну обычную задачу мы решить не в состоянии.

И не вследствие того что у нас в банковской совокупности дураки, а вследствие того что у нас финансовая система такова.

Национальный банк, к примеру, ставит себе в заслугу то, что упрощен порядок открытия филиалов. Но это техническое, а не стратегическое ответ. В случае если мы желаем, дабы что-то вправду развивалось, нужно стимулировать эту сферу более деятельно. Приведу пример из сельского хозяйства.

В стране за последние три года благодаря политике Минсельхоза опять возродилось птицеводство. Отрасль в полной мере удачно соперничает со собственными собратьями из америки, Бразилии. Фирмы растут, закупают новое оборудование, создают качественную курятину.

У нас стали развиваться свиноводческие комплексы. По окончании развала СССР это была «глухая» дыра. на данный момент же – рентабельный бизнес. По причине того, что Минсельхоз компенсирует ставки по кредитам на закупку оборудования, закрывает отечественный рынок для зарубежных аналогов. Отечественный банк на данный момент кредитует свиноводческое предприятие в Самаре, которое когда-то фактически погибло, а на данный момент в том месте хорошее хозяйство.

Другими словами, в то время, когда государство в лице Минсельхоза показало хорошее отношение, тут же нашлись люди, каковые сделали рынок рентабельным. Это верный подход. В банковской сфере также нужен подобный.

– Какие конкретно меры, на ваш взор, были бы настоящими стимуляторами?

– Они формулировались банковским сообществом много раз. Прежде всего – стимулирование инвестиций в банковский капитал. В одном из собственных интервью первый запред ЦБ Андрей Козлов подчернул, что банковский бизнес малорентабелен, исходя из этого капиталы в том направлении не идут.

У Центробанка и государства имеется два выхода: повторять , что данный бизнес малорентабелен, и согласиться с тем, что на отечественном рынке будут трудиться зарубежные банки, а русский финансовая система – сворачиваться, или создать благоприятные экономические условия для наращивания капитала. Возможно, по большому счету не облагать налогом эту часть прибыли фирм, каковые вкладывают средства в банковский капитал.

Вторая глобальная нерешенная неприятность касается доступа к ресурсной базе. Как нам соперничать с американскими банками, каковые имеют доступ к совокупности рефинансирования ФРС? Из-за чего ЦБ неимеетвозможности рефинансировать кредитный поток, скажем, для «Магнитки» под те же корпоративные облигации? Интернациональный рынок такое обеспечение принимает, а ЦБ – нет. Вопрос рефинансирования – один из острейших для отечественной финансовой системы.

Его отсутствие дает дополнительные преимущества отечественным зарубежным банкам – соперникам.

Третий нужный ход правительства – помощь финансирования экспорта. Сравнительно не так давно глава Совета Федерации С. Миронов создал совет по региональному формированию, и один из первых вопросов, что в том месте будет рассматриваться, – именно развития поддержки и вопрос экспорта Росэксимбанка. В этом заинтересованы отнюдь не олигархи, а фавориты региональных рынков, представители среднего бизнеса: обладатели фабрик, фабрик.

– Существует вывод, что последние нормативы ЦБ значительно усложнят средним фирмам доступ к кредитным ресурсам.

– По окончании того как была введена в воздействие новая инструкция ЦБ по формированию резервов по ссудам, кредитные ставки выросли. Так как сейчас банки вынуждены создавать 100-процентные резервы по практически всем ссуд. Дабы против кредитного портфеля организовать адекватные требования по резервам, многим банкам необходимо было трудиться последние десять лет с таковой рентабельностью, которая легко физически неосуществима.

Как следствие, кредитов начнёт выдаваться меньше, и они обойдутся заемщику дороже. Помимо этого, Национальный банк ужесточил требования к заемщикам, к состоянию их балансов. А у нас средний сектор далек от глянца: он таковой, какой имеется. Его возможно осуждать за то, что он «серый», но данный сектор очень важный, и он трудится.

Прежде он имел возможность, не обращая внимания на «кривоватые» балансы, приобретать каждые виды кредитования. Раньше банк достаточно нормально принимал риски таких заемщиков, по собственным методикам определяя, как на предприятии реально обстоят дела. Сейчас я не смогу себе позволить отойти от формальных требований, с многими клиентами нам было нужно расстаться.

Стратегически верно: ЦБ создал обстановку, при которой предприятия сами вынуждены будут «отбеливаться». А тактически на настоящем этапе это усложнит денежное положение среднего бизнеса, торговли, последовательности вторых секторов.

– Прекрасно ли, не хорошо ли, но мы имеем то, что имеем. Ваш прогноз: как будет развиваться обстановка в банковском секторе в следующем году? Не угрожают ли ему потрясения, подобные летнему?

Отправится ли интенсивнее процесс поглощений и слияний, необходимость которого подтверждает целый отечественный прошлый разговор?

– Действующая процедура поглощений и слияний не стимулирует данный процесс. Однако, концентрация банковского капитала возрастет. Это объективная необходимость. По моим представлениям, продолжится и сегментация отрасли. Бизнес будет консолидироваться в 200-300 банках, а как будут развиваться остальные при нынешней себестоимости банковской деятельности, не весьма ясно.

Быть может, сформируется новый сегмент совсем маленьких региональных банков, любой из которых, условно говоря, будет обслуживать по 20 палаток и три магазина, выдавать небольшие кредиты гражданам и тем же лоточникам. Это очень важная функция – решать конкретные неприятности мелкого района. А с позиций стабильности банка совсем не имеет значения, металл у него в залоге либо два коробки пива. Масштабы смогут быть различные, а процедура одна.

Что касается частных вкладчиков, то они будут «перетекать» в большие российские и зарубежные банки – так стабильнее и спокойнее.

– Расширим сферу дискуссии. Ваш прогноз роста поизводства в целом носит пессимистический либо оптимистический темперамент?

– Довольно оценки экономразвития в целом могу высказать лишь собственную личную точку зрения. Мне, к примеру, весьма не нравится тенденция повышения оттока капитала. Приводят к недоумению неловкие перемещения правительства с почвой, с собственностью. Еще мне думается, что обрабатывающие сектора развиваются менее динамично, чем они в данной обстановки имели возможность бы.

Считаю кроме этого, что не поступающие в экономику нефтедоллары, оседающие в резервах ЦБ и стабилизационном фонде, было бы разумным разрешить войти хотя бы на постройку дорог. В стране так как нет инфраструктуры. От Москвы 300 км отъедешь – и все, дорога кончилась, ты в страшной деревне. Блестящий фасад куда-то пропал. А нужно, дабы люди и в Твери, и в Орле, и в Южно-Сахалинске имели такие же условия для жизни, как в любой цивилизованной стране. Во Франции Лион от Парижа ничем, не считая размера, не отличается.

У нас же отличия разительные. А будут хорошие дороги — и не придется тульским, например, предпринимателям содержать в Москве представительства. Нужно будет – скоро и с комфортом доберутся до столицы.

– Другими словами, вы уверенны, что «поход в регионы» возможно применять как рычаг для подъема экономики?

– Как раз так. Олигархи-то сами со собственными проблемами разберутся. А стране нужно развернуться лицом не только к небольшому бизнесу, а к большому региональному. Небольшой бизнес не поднять, пока будет функционировать сегодняшний прессинг – поборы милиции, санинспекции, пожарной охраны. Кроме того в Москве нереально держать мелкий ресторан. Лишь большой либо сетевой ресторан способен «прокормить» и пожарника, и сотрудника налоговой администрации, и других. В регионах еще хуже.

В данный сектор закачивать кредиты – тщетный процесс.

А средний бизнес в состоянии биться сам за себя. Он уже набрался опыта и может отстаивать собственные интересы и в криминальных историях, и в случаях недоразумений с властями. Он боевой. Вот он совершенно верно требует развития и поддержки. В том месте имеется возможности. Нефтяникам, фактически, развиваться уже некуда – они и без того достигли большого уровня.

А на среднем костяке с покон веков Российская Федерация держалась. Такие фирмы развивают регионы, рабочие места создают, что важно. Это машиностроение, химия, агропромышленный комплекс.

В том месте настоящий источник роста.

Разведопрос: Борис Кагарлицкий и Даниил Григорьев про финансовый кризис


Темы которые будут Вам интересны: